Ещё в комнате его секретарши она услышала из-за закрытой двери кабинета гул голосов.

– Посиди пока здесь, директор скоро освободится, – предложила ей миссис Джонсон. Тут зазвонил телефон, и она сказала в трубку:

– Да, это школа… Да… Кто? Да. Нет, доктор, сейчас директор занят, но, может быть, я могу быть полезной? Да, доктор, я знаю всех наших учеников… Натали Родригес? Да, она наша ученица. О… О… Понимаю… О Господи! Это ужасно! Нет, сэр, сегодня никто не жаловался на плохое самочувствие. Сейчас посмотрю, – она поспешно достала из папки какую-то бумагу и, взглянув на неё, сказала в трубку: – Нет, сегодня отсутствующих не больше, чем обычно. Да, конечно, мы будем внимательно следить за этим. Спасибо, доктор…

Она повесила трубку и покачала головой.

– Что случилось с Натали? – спросила Кики. Миссис Джонсон минуту поколебалась, но потом всё-таки ответила ей:

– Звонили из больницы. Вчера её привезли туда с пищевым отравлением.

– Пищевым отравлением? – переспросила Кики. – Но вчера мы с ней вместе завтракали в столовой сразу после встречи с миссис Беннет у мистера Макетти.

– А ты не заболела, – подхватила с облегчением секретарша. – Вы обе ели в столовой или ты принесла завтрак из дома?

– Мы обе ели в столовой, – заверила её Кики. В этот момент мистер Макетти вышел из кабинета, провожая своего посетителя, и улыбнулся Кики:

– Ты ко мне по делу? – спросил он.

– Я только на одну минуту, – успокоила она директора. Но в этот момент секретарша сказала, что у неё для него срочное сообщение, и он предложил Кики:

– Заходи в кабинет, а я сейчас вернусь.

В ожидании директора Кики думала о том, что секретарша рассказывала ему о телефонном звонке из больницы. Она поняла, что не ошиблась в своих предположениях, когда увидела мрачное лицо директора, вошедшего в кабинет.

– Неприятная вещь – пищевое отравление.