– Мы подумали, – может быть, вы согласитесь… – подхватила Натали.

– Наши ребята готовы во всем помогать вам, но руководить всем должен специалист, – сказала Кики. – Все продукты для обеда уже получены, но мы задержали продажу билетов до тех пор, пока не поговорим с вами.

Слушая взволнованную речь девушек, мисс Беннет улыбалась, а когда они замолчали, сказала:

– Я приехала из Техаса, а там живет немало мексиканцев. И к тому же приготовление мексиканского обеда – моя специальность!

Обе девушки в один голос спросили:

– Значит, вы согласны?

– Конечно, согласна, – засмеялась мисс Беннет. – Это веселое занятие, и оно поможет мне быстрее познакомиться с ребятами.

– Мы надеемся продать все девятьсот билетов к концу недели, – уверила её Натали.

– Я умею приготовить обед на любое количество гостей, – успокоила её мисс Беннет. – Я раньше три года работала сестрой-хозяйкой в большой государственной больнице.

– Спасибо! – сказала Кики, но широкие радостные улыбки на лицах девочек говорили больше, чем слова.

Выйдя из кабинета и проходя мимо секретарши, которая в этот момент разговаривала по телефону, Кики бросила ей:

– Вам не придется в субботу стряпать обед дома…

Миссис Джонсон, говорившая по телефону, в ответ показала ей большой палец.

Новость о том, что благотворительный вечер все же состоится, облетела школу со скоростью света. Мисс Беннет стала героиней дня.

После уроков Кики пришла в редакцию «Курьера» и, обсуждая с Эндрю все эти события, сказала:

– Я одного только не могу понять!

– Чего именно? – спросил Эндрю.

– Когда утром мисс Беннет спрашивала у меня, как ей найти кабинет директора, она сказала: «Мне нужно кое-что выяснить насчет моей дочки». Я уверена в том, что она так сказала. Как будто родительница, которая пришла в школу поговорить о проблемах своего чада. Что она могла иметь в виду? Но она точно сказала «дочка».